Балтер Борис Исаакович: различия между версиями

Нет описания правки
 
Строка 45: Строка 45:
Увольнение из армии сделало бессмысленным пребывание Балтера в Москве, и он вместе с женой уехал на её родину, в Днепропетровск (Украина). Там ему предложили работу на одном из местных заводов — начальником службы снабжения. Вникая в незнакомую деятельность, Балтер заподозрил хозяйственные и финансовые махинации, а когда попытался прояснить ситуацию, на него написали заявление в милицию, обвинив в воровстве. Балтер был арестован. Он категорически отрицал свою вину и даже объявил голодовку. В конце концов Балтера оправдали: выяснилось, что сложную схему, позволявшую воровать в таких масштабах, невозможно построить за то недолгое время, в течение которого Балтер работал на заводе.
Увольнение из армии сделало бессмысленным пребывание Балтера в Москве, и он вместе с женой уехал на её родину, в Днепропетровск (Украина). Там ему предложили работу на одном из местных заводов — начальником службы снабжения. Вникая в незнакомую деятельность, Балтер заподозрил хозяйственные и финансовые махинации, а когда попытался прояснить ситуацию, на него написали заявление в милицию, обвинив в воровстве. Балтер был арестован. Он категорически отрицал свою вину и даже объявил голодовку. В конце концов Балтера оправдали: выяснилось, что сложную схему, позволявшую воровать в таких масштабах, невозможно построить за то недолгое время, в течение которого Балтер работал на заводе.


В 1948 году, вскоре после освобождения, Балтер неожиданно для всех, даже для семьи, объявил, что едет в Москву, поступать в Литературный институт им. А. М. Горького. Экзаменационной комиссии он представил стихи и прозу, написанные в следственном изоляторе. [[Паустовский Константин Георгиевич|Константин Георгиевич Паустовский]] заметил Балтера и пригласил в свой семинар. Вместе с Балтером учились [[Бондарев Юрий Васильевич|Юрий Бондарев]], Владимир Тендряков, Владимир Солоухин, [[Шуртаков Семён Иванович|Семён Шуртаков]], Григорий Бакланов, [[Дик Иосиф Иванович|Иосиф Дик]], Юрий Трифонов, [[Бременер Макс Соломонович|Макс Бременер]], Юрий Казаков и другие талантливые молодые люди, ставшие известными прозаиками.
В 1948 году, вскоре после освобождения, Балтер неожиданно для всех, даже для семьи, объявил, что едет в Москву, поступать в Литературный институт им. А. М. Горького. Экзаменационной комиссии он представил стихи и прозу, написанные в следственном изоляторе. [[Паустовский Константин Георгиевич|Константин Георгиевич Паустовский]] заметил Балтера и пригласил в свой семинар. Вместе с Балтером учились [[Бондарев Юрий Васильевич|Юрий Бондарев]], Владимир Тендряков, Владимир Солоухин, [[Шуртаков Семён Иванович|Семён Шуртаков]], Григорий Бакланов, [[Дик Иосиф Иванович|Иосиф Дик]], Юрий Трифонов, [[Бременер Макс Соломонович|Макс Бременер]], [[Казаков Юрий Павлович|Юрий Казаков]] и другие талантливые молодые люди, ставшие известными прозаиками.


Творческий семинар К. Г. Паустовского очень много дал будущим писателям. Школа Паустовского была в первую очередь школой нравственности. Он исподволь учил своих студентов относиться к писательству как к жизни, не лукавить и не лгать в угоду политической или какой-нибудь другой конъюнктуре. Балтер навсегда сохранил любовь и уважение к своему литературному наставнику. В статье «Что дал нам Паустовский?» (1967) Балтер писал: «Паустовский никогда ничего не навязывал. <…> помогал осуществиться тому, что было заложено в самом даровании писателя. И когда молодой писатель начинал находить себя, предъявлял к нему суровые профессиональные требования <…> продолжая оберегать зарождение индивидуальности». И, прямо обращаясь к учителю, добавлял: «Вы никогда не терпели фальши. Правда всегда горьковата. Я благодарен Вам за то, что люблю этот привкус».
Творческий семинар К. Г. Паустовского очень много дал будущим писателям. Школа Паустовского была в первую очередь школой нравственности. Он исподволь учил своих студентов относиться к писательству как к жизни, не лукавить и не лгать в угоду политической или какой-нибудь другой конъюнктуре. Балтер навсегда сохранил любовь и уважение к своему литературному наставнику. В статье «Что дал нам Паустовский?» (1967) Балтер писал: «Паустовский никогда ничего не навязывал. <…> помогал осуществиться тому, что было заложено в самом даровании писателя. И когда молодой писатель начинал находить себя, предъявлял к нему суровые профессиональные требования <…> продолжая оберегать зарождение индивидуальности». И, прямо обращаясь к учителю, добавлял: «Вы никогда не терпели фальши. Правда всегда горьковата. Я благодарен Вам за то, что люблю этот привкус».

Навигация