46 371
правка
Кольцов Алексей Васильевич: различия между версиями
Кольцов Алексей Васильевич (посмотреть исходный код)
Версия от 00:13, 14 декабря 2023
, 14 декабря 2023→Алексей Кольцов / Биография
Klimkin (обсуждение | вклад) |
Klimkin (обсуждение | вклад) |
||
| Строка 58: | Строка 58: | ||
Общение с Серебрянским и Вельяминовым пробудило в начинающем поэте интерес к философии. Он, в свою очередь, привел к тому, что важное место в творчестве А. В. Кольцова занимают так называемые «думы» — элегии-размышления о жизни и смерти, об устройстве мира, бесконечности Вселенной, предназначении людей искусства и человечества в целом. Заголовок или подзаголовок «Дума» встречается у Кольцова, начиная с 1833 года, но и до этого он придавал своим рассуждениям стихотворную форму: таковы «Ответ на вопрос моей жизни», «Плач», «Разуверение», «Что значу я?», «Земное счастие» (все 1829-1830). «Думы» — серьезный этап на пути превращения Кольцова из прилежного стихотворца, заботящегося главным образом о приятности слога своих произведений, в большого поэта, в стихах которого видны жизнь и душа их автора. | Общение с Серебрянским и Вельяминовым пробудило в начинающем поэте интерес к философии. Он, в свою очередь, привел к тому, что важное место в творчестве А. В. Кольцова занимают так называемые «думы» — элегии-размышления о жизни и смерти, об устройстве мира, бесконечности Вселенной, предназначении людей искусства и человечества в целом. Заголовок или подзаголовок «Дума» встречается у Кольцова, начиная с 1833 года, но и до этого он придавал своим рассуждениям стихотворную форму: таковы «Ответ на вопрос моей жизни», «Плач», «Разуверение», «Что значу я?», «Земное счастие» (все 1829-1830). «Думы» — серьезный этап на пути превращения Кольцова из прилежного стихотворца, заботящегося главным образом о приятности слога своих произведений, в большого поэта, в стихах которого видны жизнь и душа их автора. | ||
Вершиной творчества Кольцова стали его «русские песни». К началу 1830-х годов в российской поэзии было немало примеров более или менее удачных стилизаций в духе народного творчества. «Песни» Кольцова некоторое время тоже воспринимались как стилизации, однако на самом деле поэт создал принципиально иное направление. В этом ему помимо таланта помогла среда, в которой он вырос. В стилизациях поэтов-дворян «народность» сводилась к употреблению просторечий и иногда к использованию размера народной поэзии. Для представителя народа язык русских песен был родным, а не заимствованным. Поэтому Кольцов, носитель этого языка, обращался с ним намного увереннее и свободнее. В результате он, осваивая очередной стихотворный жанр и пытаясь создать стилизованные «народные песни», стал основателем новой фольклорной и литературной традиции. Его песням присущи одновременно яркая образность речи и мысли, богатая лексика, стройный сюжет и выдержанный размер. На это обратил внимание первый исследователь творчества Кольцова В. Г. Белинский. Он отметил, что в настоящей народной песне нечасто сохраняется гармоничное соотношение формы и содержания: в ряде случаев наблюдается увлечение какой-либо одной из этих сторон. Таким образом, Кольцов вместо подражания народным песням или простого использования каких-либо их элементов «сконцентрировал» в своих песнях все лучшие черты народного творчества, поднял его на новую ступень. | Вершиной творчества Кольцова стали его «русские песни». К началу 1830-х годов в российской поэзии было немало примеров более или менее удачных стилизаций в духе народного творчества. «Песни» Кольцова некоторое время тоже воспринимались как стилизации, однако на самом деле поэт создал принципиально иное направление. В этом ему помимо таланта помогла среда, в которой он вырос. В стилизациях поэтов-дворян «народность» сводилась к употреблению просторечий и иногда к использованию размера народной поэзии. Для представителя народа язык русских песен был родным, а не заимствованным. Поэтому Кольцов, носитель этого языка, обращался с ним намного увереннее и свободнее. В результате он, осваивая очередной стихотворный жанр и пытаясь создать стилизованные «народные песни», стал основателем новой фольклорной и литературной традиции. Его песням присущи одновременно яркая образность речи и мысли, богатая лексика, стройный сюжет и выдержанный размер. На это обратил внимание первый исследователь творчества Кольцова [[Белинский Виссарион Григорьевич|В. Г. Белинский]]. Он отметил, что в настоящей народной песне нечасто сохраняется гармоничное соотношение формы и содержания: в ряде случаев наблюдается увлечение какой-либо одной из этих сторон. Таким образом, Кольцов вместо подражания народным песням или простого использования каких-либо их элементов «сконцентрировал» в своих песнях все лучшие черты народного творчества, поднял его на новую ступень. | ||
Новаторство Кольцова проявилось и в том, что в качестве лирического героя в русскую литературу впервые вошел крестьянин, причем часто это крестьянин-бедняк или батрак. Темы песен Кольцова — печали и радости, труд и отдых, раздумья и мечты такого крестьянина — тоже были новыми для отечественной словесности. Поскольку поэт взял из фольклора все лучшее, крестьяне в его песнях рассудительны, решительны, трудолюбивы, наблюдательны и сострадательны. Их радость светла, а печаль достойна и мужественна. Они понимают, что их благополучие зависит от природных явлений, но не считают природу враждебной силой, а ощущают себя ее частью. При этом песням Кольцова не свойственна идеализация действительности. Его крестьяне — живые характеры, и в их реальности есть, по выражению Белинского, «и лапти, и рваные кафтаны, и всклокоченные бороды, и старые онучи». Кольцов стал первым из русских поэтов, в стихах которого вполне отразились социальные проблемы, классовые противоречия, нищета и несправедливость. Описание природы у Кольцова, в отличие от многих более ранних авторов, также не является условно-идиллическим. Поэт рассказывал о конкретной местности — своем родном степном крае. Даже в тех его песнях, где не упоминается степь, чувствуются ее простор, ее звуки, запахи ее трав. | Новаторство Кольцова проявилось и в том, что в качестве лирического героя в русскую литературу впервые вошел крестьянин, причем часто это крестьянин-бедняк или батрак. Темы песен Кольцова — печали и радости, труд и отдых, раздумья и мечты такого крестьянина — тоже были новыми для отечественной словесности. Поскольку поэт взял из фольклора все лучшее, крестьяне в его песнях рассудительны, решительны, трудолюбивы, наблюдательны и сострадательны. Их радость светла, а печаль достойна и мужественна. Они понимают, что их благополучие зависит от природных явлений, но не считают природу враждебной силой, а ощущают себя ее частью. При этом песням Кольцова не свойственна идеализация действительности. Его крестьяне — живые характеры, и в их реальности есть, по выражению Белинского, «и лапти, и рваные кафтаны, и всклокоченные бороды, и старые онучи». Кольцов стал первым из русских поэтов, в стихах которого вполне отразились социальные проблемы, классовые противоречия, нищета и несправедливость. Описание природы у Кольцова, в отличие от многих более ранних авторов, также не является условно-идиллическим. Поэт рассказывал о конкретной местности — своем родном степном крае. Даже в тех его песнях, где не упоминается степь, чувствуются ее простор, ее звуки, запахи ее трав. | ||